Артур Сумароков4.5 / 10
Фильм-открытие прошлогоднего Каннского кинофестиваля, освистанный под первое число критиками и прохладно принятый зрителями, «Принцесса Монако» 2014 года известного французского режиссера Оливье Даана кажется, что всеми мыслимыми и немыслимыми способами пытается стать редким примером идеального байопика, но, как известно, любая попытка — не пытка, а идеального ничего в этом мире не бывает, особенно если это касается сфер не жестко-материалистических, а творческих, в которых преимущественно царствует свобода самовыражения и полное право на вымысел — искусный и не очень, поскольку все зависит от материала и той исторической личности, которую начинают пристально рассматривать под кинематографическим микроскопом. Специфика художественно-биографических произведений такова, что чрезвычайно затруднительно создать достойное кино, особенно если он посвящен не каким-то Генри Ли Лукасу или Джону Уэйну Гейси, а персоне, по праву и крови своей занявшей место в историческом пантеоне, причастной к событиям мирового масштаба, личности, вокруг которой давно взращен на экологически чистой социальной почве культ, априори не требующий оспорения ввиду тотальной сакральности образа. Грейс Келли, принцесса крохотного, но очень гордого и богатого княжества Монако близ берегов Пятой Республики — личность действительно легендарная и многогранная, которая оставалась актрисой, даже отказавшись от прелестей славы под голливудским небом и сотрудничества с самыми выдающимися режиссерами своего времени, которая столь же легко играла поднаторенного в жестких игрищах с привкусом десадовского либертинажа политика, умеющего усмирять сильных мира сего ради блага своей новоприобретенной Родины по праву любви навека, оборвавшейся трагической гибелью принцессы, чья прошлая жизнь была крайне безоблачна в милом американском аристократическом раю. Именно такой и стремился показать Грейс Келли в своем втором по счету байопике Оливье Даан, однако все его стремления обернулись приторной визуальной карамельностью и жанровой переслащенностью, от которой на выходе отдает отрыжкой манипуляционной сентиментальности, дешевой бульварщиной, девальвирующей до тотального зеро фильм и превращая его в привлекательную и смотрибельную, но всего лишь пустышку, не оправдывающую всех возложенных на нее надежд. Как и крайне неудачная и совершенно несовершенная «Диана» Хиршбигеля и «Джобс» Штерна, картина Даана, амбициозно берясь рассказывать биографию выдающейся личности, априори богатую на увлекательный и интригующий фактаж, банально, хотя и старательно впадает в истерику википедичности, к тому же трактуя всем и без того известные факты в вольнодумном, если не сказать откровенно надуманном повествовательном ключе. Впрочем, можно списать подобную безответственность к судьбе героини тем, что создатели просто предпочли уйти от явной событийной конкретики и прямой достоверности, ведь право на художественный вымысел неотменяемо, на то, что Оливье Даан и Ко решили рассказать предельно условную в рамках историко-биографичности историю некой великосветской дамы, вставшей перед выбором между семьей и карьерой, историю актуальную и без сомнения интересную, долженствующую найти отклик среди современной публики — но все вышеперечисленное кажется не более чем удобной отмазкой дабы оправдать тотальное художественное фиаско получившегося на выходе суррогата, неумело балансирующего на тонкой грани между кино авторским и сугубо мейнстримовым. Фильм дарит эстетический шок, но не содержательный шик. Он бесспорно визуально красив, покадрово филигранен и изящен, но местами в нем проскальзывает и намеренная одержимость преувеличениями до стадии греческой трагедии, что иногда возникает обратный по смыслообразованию эффект гротеска, и одержимость красивой формой без погружения в само интригующее содержание, и откровенно претенциозная бессюжетность, аморфность, пропитанная смрадом бездушности, мертворожденности, пустоты и фактической ложности, которые по сути своей бесстыдно прикрывают чересчур простую и очевидную моральную начинку ленты и ее далеко не выдающуюся реализацию, отдающую безвкусностью и сыростью бесстрастной документации. Жанровая же эклектика обесцвечивает всю художественную палитру картины; это многоцветастая, кричащая, граничащая с безвусицей сиднешелдоновского китча, подчас брутально режущая надвое глаза эстетика отдает эпонимической гламуризацией и немногословной глянцевостью, за которыми не видно главного — самой принцессы княжества Монако Грейс.
Дереккөз: TMDb